Фото: Е. Хартли

Затишье перед сезоном

Фото: Е. Хартли

Марина Политова

Шеф-редактор журнала «Новое сельское хозяйство», редактор рубрик «АПК России», «Животноводство»

Поделитьтся

В сере­дине фев­ра­ля в маточ­ном отде­ле­нии еще доволь­но спо­кой­но: лишь один жере­бе­нок нежит­ся на солн­це. Но живо­ты кобыл нагляд­но сви­де­тель­ству­ют о том, что ско­ро на свет появит­ся с деся­ток его сопле­мен­ни­ков.

Верховое коневодство

По-рус­ски этот горо­док с 3,5 тыся­ча­ми жите­лей назы­вал­ся бы Нов­го­род. Здесь, в полу­то­ра часах езды от Бер­ли­на, рас­по­ло­же­но одно из ста­рей­ших коне­вод­че­ских хозяйств Гер­ма­нии – Ной­штадт-на-Дос­се. Сере­ди­на фев­ра­ля, но тра­ва зеле­не­ет, впро­чем сне­га в этом году счи­тай не было. Солн­це, а точ­нее осве­щен­ность, – «ключ зажи­га­ния» про­цес­сов репро­дук­ции у кобыл. Пото­му на изле­те евро­пей­ской зимы, когда дни ста­но­вят­ся длин­нее, в коне­вод­че­ских хозяй­ствах заки­па­ет жизнь. И пусть вас не обма­ны­ва­ет зати­шье в маточ­ном отде­ле­нии – все служ­бы уже при­ве­де­ны в состо­я­ние бое­вой готов­но­сти.

Родительский дом…

Вот и в родиль­ном отде­ле­нии кон­но­го заво­да имен­ные таб­лич­ки кобыл висят почти на десят­ке ден­ни­ков. Началь­ник маточ­ной конюш­ни (нач­кон, по-наше­му) Рон­ни Фойгт объ­яс­ня­ет: «Кобыл мы пере­во­дим в родиль­ное отде­ле­ние за 10 – 15 дней до пред­по­ла­га­е­мой даты выже­реб­ки. Здесь уже они нахо­дят­ся под круг­ло­су­точ­ным кон­тро­лем чело­ве­ка: и днем и ночью есть дежур­ный, в помощь кото­ро­му в каж­дом ден­ни­ке уста­нов­ле­ны каме­ры».

Сте­ны про­стор­ных ден­ни­ков пло­ща­дью око­ло 20 квад­рат­ных мет­ров выло­же­ны кера­мо­гра­нит­ной плит­кой от пола до потол­ка:

– Это для под­дер­жа­ния гиги­е­ны. После выже­реб­ки кобы­ла с жере­бен­ком оста­ет­ся здесь в тече­ние 4 – 5 дней, после чего воз­вра­ща­ет­ся на посто­ян­ную «квар­ти­ру» – в свою груп­пу. А ден­ник пол­но­стью очи­ща­ет­ся от под­стил­ки, дез­ин­фи­ци­ру­ет­ся и готов к при­е­му новой роже­ни­цы.

На чер­ной таб­лич­ке белы­ми бук­ва­ми напи­са­ны клич­ка и воз­раст кобы­лы, ее про­ис­хож­де­ние, дата послед­ней случ­ки и клич­ка отца буду­ще­го жере­бен­ка…

– А вот здесь отме­ча­ет­ся пол жере­бен­ка, дата его появ­ле­ния на свет, ста­вит­ся кре­стик после про­ве­де­ния дегель­мин­ти­за­ции, – пояс­ня­ет Рон­ни. – Допол­ни­тель­ные помет­ки под­ска­жут коню­ху, тре­бу­ет ли кобы­ла опре­де­лен­ных под­кор­мок и т. п.

Сей­час в ден­ни­ках пусто – кобы­лы гуля­ют на солн­це. В зим­нее вре­мя моци­он им гаран­ти­ро­ван в тече­ние 4 – 5 часов. А уж летом они пере­едут на лет­ние квар­ти­ры, где ноче­вать под кры­шей будут толь­ко ночью, про­во­дя боль­шую часть дня на паст­би­ще.

А тем вре­ме­нем в сосед­нем кры­ле зда­ния раз­да­ет­ся топот копыт: одна груп­па кобыл воз­вра­ща­ет­ся в свой зал, а дру­гая – выхо­дит на ули­цу.

Вместе веселей

Груп­по­вое (заль­ное) содер­жа­ние кобыл и молод­ня­ка – ста­рая немец­кая тра­ди­ция. В дале­кие вре­ме­на, когда о бла­го­по­лу­чии живот­ных никто не гово­рил, кре­стьяне уже стре­ми­лись обес­пе­чить им мак­си­маль­но при­бли­жен­ные к есте­ствен­ным усло­вия содер­жа­ния. В груп­пе воз­ни­ка­ет своя иерар­хия, живот­ные не сто­ят оди­но­ко целые сут­ки (у лоша­дей – как и у чело­ве­ка – от ску­ки воз­ни­ка­ют вред­ные при­выч­ки).

– Во вре­мя выда­чи кон­цен­тра­тов каж­дая кобы­ла вста­ет у сво­ей кор­муш­ки и полу­ча­ет свою пор­цию, – про­дол­жа­ет рас­сказ Рон­ни, пока­зы­вая на раз­ме­щен­ные на стене таб­лич­ки. – В осталь­ное вре­мя они сво­бод­но пере­ме­ща­ют­ся и поеда­ют сено. В углу зала для кобыл отго­ро­жен угол.

– Это для кобыл, пере­ве­ден­ных из родиль­но­го отде­ле­ния, – пояс­ня­ет Рон­ни. – Пер­вые пару дней она с жере­бен­ком нахо­дит­ся в кон­так­те с груп­пой, но без рис­ка для малы­ша. Груп­па вновь при­зна­ет ее и «инте­гра­ция в ста­до» про­ис­хо­дит без суч­ка без задо­рин­ки.

Груп­па­ми содер­жат­ся и моло­дые лоша­ди: в этом отде­ле­нии хозяй­ства они нахо­дят­ся до 2 – 3‑летнего воз­рас­та. Вме­сте с Рон­ни наблю­да­ем, как пол­ные сил моло­дые жереб­цы направ­ля­ют­ся с выгуль­ной пло­щад­ки на обед. В каж­дом из четы­рех отсе­ков кры­ла для молод­ня­ка раз­ме­ща­ют­ся по 6 – 8 жереб­чи­ков – тоже в груп­пах.

– Груп­пы – по тра­ди­ции, иду­щей еще из зна­ме­ни­то­го Тра­ке­нен­ско­го заво­да, – поде­ле­ны по мастям. Как и у кобыл, сено скарм­ли­ва­ет­ся с пола, ведь и в при­ро­де лошадь не зади­ра­ет голо­ву, что­бы достать корм. Мыш­цы спи­ны, важ­ные для вер­хо­вой лоша­ди, фор­ми­ру­ют­ся пра­виль­но.

Любители Поэзии

Кобы­лы гуля­ют на фоне исто­ри­че­ско­го зда­ния Ной­штадт-Дос­се, постро­ен­но­го по веле­нию Фри­дри­ха Виль­гель­ма 2‑го «на бла­го стра­ны» в том же сти­ле, что и зна­ме­ни­тый двор­цо­вый ком­плекс Сан-Суси в Потс­да­ме. Когда‑то в этом доме жил управ­ля­ю­щий коне­вод­ством – ланд­штал-май­стер, а сего­дня рас­по­ла­га­ет­ся дирек­ция, пред­при­я­тия и музей. Но нас инте­ре­су­ет не про­шлое, а насто­я­щее: вот сре­ди дрем­лю­щих на солн­це кобы­ла, извест­ная в кру­гу коне­во­дов, пожа­луй, не мень­ше, чем дво­рец Сан-Суси. Зовут ее Поэ­зия.

– Поэ­зии уже 27 лет, и она про­сто насла­жда­ет­ся заслу­жен­ной пен­си­ей, – всту­па­ет в бесе­ду док­тор Юрген Мюл­лер, с 1979 года рабо­тав­ший в хозяй­стве, из них сорок – дирек­то­ром.

Поэ­зия – пред­ста­ви­тель­ни­ца извест­но­го семей­ства, клич­ки кобыл в кото­ром начи­на­ют­ся на латин­скую Р. Она при­нес­ла 11 жере­бят от жереб­ца по клич­ке Сан­д­ро Хит. И каж­дый из пяти род­ных бра­тьев (все они име­ют клич­ки Сам­ба Хит – с поряд­ко­вым номе­ром) теперь «рабо­та­ет» про­из­во­ди­те­лем – от Бель­гии до Кана­ды. Так цен­ная бран­ден­бург­ская гене­ти­ка рас­про­стра­ня­ет­ся по миру!

Заго­во­ри­ли о Поэ­зии, когда ее дочь Поэ­тин (Поэтес­са в пере­во­де с немец­ко­го) ста­ла сна­ча­ла наци­о­наль­ной чем­пи­он­кой, а затем и чем­пи­он­кой мира сре­ди моло­дых лоша­дей. На аук­ци­оне за пер­спек­тив­ную кобы­лу запла­ти­ли 2,5 млн евро – этот рекорд в полу­кров­ном коне­вод­стве не побит до сих пор. Пять род­ных сестер Поэ­тин нашли свое место в дето­рож­де­нии, одна из них до сих пор «слу­жит» род­но­му кон­но­му заво­ду.

– Из того же маточ­но­го семей­ства про­ис­хо­дит и еще одна лошадь, сде­лав­шая сла­ву Ной­штад­ту, – жере­бец Кво­тер­бек, – с гор­до­стью делит­ся д-р Мюл­лер, участ­во­вав­ший в судь­бе про­из­во­ди­те­ля еще с момен­та пла­ни­ро­ва­ния под­бо­ра роди­те­лей. – Его мать – дочь Поэ­зии!

За такие заслу­ги памят­ник кобы­ле поста­ви­ли: он укра­ша­ет въезд на тер­ри­то­рию кон­но­го заво­да, рас­по­ло­жен­ный у одно­го кон­ца зна­ме­ни­той дубо­вой аллеи Ной­штад­та. На дру­гом кон­це кило­мет­ро­вой дорож­ки, с обе­их сто­рон уса­жен­ной дву­мя ряда­ми дубов, – «отцов­ская» часть пого­ло­вья.

В блеске софитов

Ной­штадт-Дос­се – одно из немно­гих хозяйств в Гер­ма­нии, объ­еди­ня­ю­щее функ­ции кон­но­го заво­да, где раз­во­дят­ся лоша­ди, и госу­дар­ствен­ной завод­ской конюш­ни, снаб­жа­ю­щей про­из­во­ди­те­ля­ми (а по нынеш­ним вре­ме­нам – их семе­нем) вла­дель­цев кобыл. Во вре­ме­на ГДР два «отде­ле­ния» были неза­ви­си­мы. При гос­ко­нюшне успеш­но функ­ци­о­ни­ро­ва­ла экс­порт­ная конюш­ня.

– Еже­год­но око­ло полу­ты­ся­чи моло­дых лоша­дей, ото­бран­ных в хозяй­ствах Восточ­ной Гер­ма­нии, про­да­ва­лись за рубеж, – вспо­ми­на­ет Юрген. – Рес­пуб­ли­ка зара­ба­ты­ва­ла на этом кон­вер­ти­ру­е­мую валю­ту, поэто­му коне­вод­ство поль­зо­ва­лось ува­же­ни­ем.

Перед исто­ри­че­ским зда­ни­ем гос­ко­нюш­ни, где сего­дня раз­ме­ща­ют­ся квар­ти­ры работ­ни­ков, сто­ит памят­ник.

– Это зна­ме­ни­тый Колиб­ри – жере­бец, дав­ший боль­шое коли­че­ство цен­ных спор­тив­ных лоша­дей и мно­го лет вхо­див­ший в два­дцат­ку луч­ших про­из­во­ди­те­лей стра­ны. – Из 500 голов, про­да­ва­е­мых из Ной­штад­та, до 40 голов были его потом­ка­ми.

Есть звез­ды в чис­ле жереб­цов гос­ко­нюш­ни и сего­дня. Что­бы уви­деть их вжи­вую перед нача­лом случ­но­го сезо­на, сего­дня в Ной­штадт съе­ха­лось око­ло двух тысяч зри­те­лей. Еще боль­ше (спа­си­бо Интер­не­ту!) будут наблю­дать за дей­ством онлайн.

Когда‑то госу­дар­ство «коман­ди­ро­ва­ло» отве­ча­ю­щих его потреб­но­стям жереб­цов на случ­ные пунк­ты, а кре­стьяне при­во­ди­ли туда сво­их кобыл. Теперь бла­го­да­ря нала­жен­ной сети достав­ки семе­ни даже в самом глу­хом угол­ке мож­но полу­чить жере­бен­ка от луч­ших про­из­во­ди­те­лей мира. Поэто­му кон­ку­рен­ция меж­ду вла­дель­ца­ми жереб­цов обост­ри­лась, и каж­дые выход­ные с нача­ла года вез­де устра­и­ва­ют­ся пре­зен­та­ции.

Вот и сего­дня в тече­ние четы­рех часов в мане­же, постро­ен­ном на день­ги Евро­со­ю­за, появ­ля­ют­ся «отцы»: под сед­лом и в эки­па­же, на прыж­ках или в эле­мен­тах выс­шей шко­лы вер­хо­вой езды. Здесь мож­но уви­деть не толь­ко кра­си­вые кар­тин­ки, но и оце­нить харак­тер жереб­цов: софи­ты, музы­ка, апло­дис­мен­ты – нуж­но обла­дать креп­кой пси­хи­кой, что­бы не отвле­кать­ся.

– Мы пони­ма­ем, что 85% поку­па­те­лей – люби­те­ли, и лошадь им нуж­на здо­ро­вая и про­стая в обра­ще­нии, – гово­рит д-р Мюл­лер.

Кадры решают все

Само­об­ла­да­ние лоша­ди – еще и резуль­тат рабо­ты ква­ли­фи­ци­ро­ван­ных спе­ци­а­ли­стов. В Ной­штад­те не про­сто рабо­та­ют про­фес­си­о­на­лы – здесь выра­щи­ва­ют коне­во­дов и берей­то­ров по про­грам­мам дуаль­но­го обу­че­ния: раз в месяц уча­щи­е­ся неде­лю изу­ча­ют тео­рию, а в осталь­ное вре­мя попро­сту «рабо­та­ют на про­из­вод­стве». Под руко­вод­ством опыт­ных тре­не­ров они гото­вят моло­дых лоша­дей, выез­жа­ют на тур­ни­ры с жереб­ца­ми (что­бы про­из­во­ди­тель был вос­тре­бо­ван, вла­дель­цы кобыл долж­ны видеть его «в деле» не толь­ко раз в году).

Но подоб­ных «ПТУ» в Гер­ма­нии с деся­ток, а в бран­ден­бург­ской гос­ко­нюшне есть нечто уни­каль­ное – обыч­ная с виду сред­няя шко­ла, где вме­сто физ­куль­ту­ры один из клас­сов «про­хо­дит» вер­хо­вую езду. 130 чело­век с 7-го по 13‑й класс еже­днев­но зани­ма­ют­ся кон­ным спор­том, при­чем в пер­вые три года им предо­став­ля­ют­ся «учеб­ные лоша­ди» Ной­штад­та, но затем они поку­па­ют соб­ствен­ных. Разу­ме­ет­ся, учить­ся сюда съез­жа­ют­ся не толь­ко дети из окрест­ных горо­дов, поэто­му для про­жи­ва­ния постро­ен спе­ци­аль­ный интер­нат.

Гото­вят в Ной­штад­те и науч­ные кад­ры: сов­мест­но с Вете­ри­нар­ным уни­вер­си­те­том г. Вены (Австрия) здесь осно­ва­ли Инсти­тут име­ни гра­фа Лен­дор­фа, где ведут­ся изыс­ка­ния в первую оче­редь в обла­сти репро­дук­ции лоша­дей. Рас­по­ло­жен он, что логич­но, в «жен­ской» зоне пред­при­я­тия – воз­ле кон­но­го заво­да и цен­тра искус­ствен­но­го осе­ме­не­ния. Здесь про­хо­дят науч­ные ста­жи­ров­ки сту­ден­ты из Вены и Бер­ли­на.

– Обра­ти­ли вни­ма­ние на «мас­ки» на голо­вах кобыл? Один глаз под­све­чи­ва­ет­ся синим дио­дом: мы изу­ча­ем вли­я­ние осве­ще­ния на уро­вень стрес­са, поло­вых гор­мо­нов, искус­ствен­но удли­ня­ем све­то­вой день, – рас­ска­зы­ва­ет науч­ный сотруд­ник Ману­э­ла Вульф. – Веро­ят­но, это ста­нет хоро­шим реше­ни­ем для повы­ше­ния пло­до­ви­то­сти кобыл в реги­о­нах с пло­хой инсо­ля­ци­ей.

Отку­да день­ги на иссле­до­ва­ния? Из науч­ных фон­дов, хотя, при­зна­ет­ся Ману­э­ла, полу­чить грант на экс­пе­ри­мен­ты в обла­сти коне­вод­ства непро­сто – сего­дня отрасль уже не игра­ет той хозяй­ствен­ной роли, как в дале­ком 18-м веке, когда был осно­ван Ной­штадт-Дос­се.

Но не менее важ­ная зада­ча – пере­да­ча све­жих науч­ных зна­ний прак­ти­кам, про­вер­ка ста­рых «тео­рий». Уче­ные Австрии и Гер­ма­нии, к при­ме­ру, дока­за­ли, что скарм­ли­ва­ние мор­ко­ви нико­им обра­зом не вли­я­ет на пло­до­ви­тость кобыл. Как и любой дру­гой вид под­корм­ки.

Гото­вят на стан­ции искус­ствен­но­го осе­ме­не­ния и прак­ти­ков: здесь регу­ляр­но обу­ча­ют­ся тех­ни­ки по искус­ствен­но­му осе­ме­не­нию, про­во­дит­ся повы­ше­ние ква­ли­фи­ка­ции для вет­вра­чей: нау­ка не сто­ит на месте! Кто-то из про­шед­ших обу­че­ние оста­ет­ся рабо­тать в Ной­штад­те. И для них вот-вот нач­нет­ся «высо­кий сезон».

Читайте также